Выработка графита "Кимамяки" (1830-1850-е годы) представляет собой полузатопленную траншею длиной до 25 м, шириной 2.5-5.5 м, глубиной 1.5-4 м, пройденную в борту скалы вдоль долины ручья. Рядом сохранились небольшие отвалы сланцев, песчаников, графита, кварца. Уникальность объекта заключается в том, что на территории Северного Приладожья практически нет подобных выработок графита, столь хорошо сохранившихся и более -менее подробно описанных в геологической литературе. Однако, выработка находится в труднодоступном месте, вдали от дорог и населенных пунктов, что ограничивает ее посещение туристами. Объект нуждается в постановке на госучет в качестве памятника истории горного дела. Выработка известна с конца 1990-х годов.

Выработка графита «Кимамяки» («Путролампи») расположена в 12 км на северо-запад от гор. Сортавала, в 1 км на запад от бывшей дер. Кимамяки, в 250 м на северо-восток от озера Путролампи, в 300 м к северу от вершины горы Путроваара, в узкой долине, у подножья скальной гряды. Координаты центра (1.10.2014 г.): 61⁰ 45.880 с.ш., 30⁰ 32.021 в.д. Это – район озер Туоксъярви («Молотовских»). Выработка неоднократно посещалась Борисовым И.В., начиная с 1998 года.

Еще в 1787 году сердобольский пастор Самуил Алопеус упоминал о находках «карандаша» (графита) в окрестностях Сортавала [Алопеус С. Краткое описание мраморных и других каменных ломок, гор и каменных пород, находящихся в Российской Карелии. СПб., 1787].

 

В 1810 году горный мастер А.Ф. Фурман осмотрел прииск «карандаша» у дер. «Токсъ Лахты» (Туокслахти) и оставил о нем такую запись: «Прииск состоит из нескольких булыг графита, лежащих в глубине 1 ½  аршина под наносною землей». Как этот графит здесь оказался, А.Ф. Фурман не смог ответить. Вероятно, глыбу графита притащил ледник со стороны озера Путролампи.

 

Тогда же А.Ф. Фурман посетил другой прииск «карандаша» – у дер. «Кимямяги». Исследователь писал, что эта деревня лежит в 13 верстах от Сердоболя, а прииск – в ½ версте от деревни. Здешние породы представлены гранитом и роговообманковым сланцем. Графит находился в роговообманковом сланце, образуя «только одну почку» высотой до 1 сажени и толщиной 3-6 вершков [Фурман Г. Минералогическое описание некоторой части Старой и Новой Финляндии // Горный журнал, СПб., 1828 г., кн. 2, № 11].

 

Очевидно, о том же графитовом прииске кратко упоминали в своих трудах в 1866 году профессор П. Пузыревский (он называл деревню, близ которой добывали графит, «Кийми-мягги»), и в 1875 году — озеровед А.П. Андреев (он называл эту деревню «Кюля – мяки») [Пузыревский П. Очерк геогностических отношений Лаврентьевской системы Выборгской губернии // Записки Императорского минералогического общества. СПб., 1866 г., № 8; Андреев А.П. Ладожское озеро. СПб., 1875 г.]

 

В комментарии к Государственной карте полезных ископаемых СССР 1959 года говорится о рудопроявлении графита «Пиени Туоксъярви», расположенном на восточном берегу озера Пиени Туоксъярви (оно же —  Путролампи) [Государственная карта полезных ископаемых СССР, 1959]. В Объяснительной записке к геологической карте СССР 1:200000 1962 года почему-то отдельно упоминаются рудопроявления графита Кимамяки (Киимамяки) и Пиени Туоксъярви [Объяснительная записка к геологической карте СССР (1:200000). Лист Р-36 – XIX и Р- 35 – XXIV, 1962 г.]

 

Больше всего исторических сведений о графитовом прииске у дер. Кимамяки (она же: Киймимяки, Кимямяки, Кюлямяки, Киимамяки) оставил горный инженер А.Г. Влангали, исследовавший этот прииск в середине XIX века. В своих статьях, опубликованных в 1856 году, он писал, что «в 12 верстах к западу от Сердоболя еще в 1826 году было обнаружено проявление графита (здесь — нестыковка с данными А.Ф. Фурмана, посетившего графитовый прииск в 1810 году) – И. Б.) в виде тонких прослоек в слюдистом сланце, переходящем в гнейсы». А.Г. Влангали не знал, когда точно стали добывать здесь графит [Влангали А.Г. Месторождение графита близ Сердоболя, в Финляндии.// Горный журнал, СПБ., 1856 г., ч. 3, № 7].

 

Возможно, что освоение прииска началось в 1834 году [Государственная карта полезных ископаемых СССР (1:1000000). Лист Р-35, 36. Петрозаводск, 1956 г.]

 

А.Г. Влангали писал, что незначительность выходов, низкое качество графита вскоре привели к прекращению его добычи. В 1851 году сердобольский старожил, купец П.П. Ламберг продолжил разведку оставленного прииска – он стал углубляться по нему, и на глубине более 4 м вошел в зону сланцев, где концентрация и качество графита  возросли, что способствовало продолжению работ. А. Г. Влангали отмечал, что вообще «графит встречается во многих местах Финляндии, но нигде месторождения его не представляют такой благонадежности, как у Сердоболя. Сложение его здесь листоватое, одни образцы чисты, другие содержат прожилки и зерна кварца, встречаются гнезда и прослои меди и серного колчедана».

 

Добыча «сердобольского графита» не была значительной – до 20000 пуд/год [Андреев А.П. Ладожское озеро. СПб., 1875 г.], т.к. качество графита оставляло желать лучшего.

 

Тем не менее, по данным А.Г. Влангали, «сердобольский графит» охотно покупали в Санкт-Петербурге золотых дел мастера-горшечники, фабриканты кровельного толя, некоторые финляндские заводчики. Графит использовали для изготовления плавильных горшков и огнестойкого кирпича, для покрытия железа, на «напитывание и смазывание кровельного толя». Стоимость графита из окрестностей Сердоболя составляла 20-25 коп./пуд [Влангали А.Г. Месторождение графита близ Сердоболя, в Финляндии.// Горный журнал, СПБ., 1856 г., ч. 3, № 7].

 

В 1856 году в лаборатории Департамента Горных и Соляных дел был проведен анализ двух проб «сердобольского графита» Кимамяки, и оказалось, что он представляет собой не собственно минерал графит, обычно содержащий 65-95% углерода, а породу, состоящую из 74.3-75.3 % кремнезема («обломков гранита»), около 6 % серного колчедана (пирита) и только 15.5 – 20.3 % углерода!  А.Г. Влангали писал, что  «сердобольский графит» по-сути, является «полуразрушенным гранитом», так тесно перемешанным с графитом, что механическое отделение одного от другого не представлялось возможным. По этой причине, «сердобольский графит» не имел промышленного значения [Влангали Г.А. Еще несколько слов о графите, добываемом в окрестностях Сердоболя, в Финляндии // Горный журнал, СПб., 1856 г., ч. 4, № 8].

 

Вероятно, добыча графита у Кимамяки продолжалась, даже несмотря на неутешительные данные анализа, до 1860-х годов. А. П. Андреев  писал, что при нем находящийся в подножии сланцевой горы забой, в котором добывали графит, иногда бывал залит водой [Андреев А.П. Ладожское озеро. СПб., 1875 г.].

За прошедшие более 160 лет, выработка «Кимамяки (Путролампи)» и примыкающие к ней отвалы пород сильно изменились. Тем не менее, сформировавшийся здешний техногенно-природный ландшафт представляет интерес для истории горного дела и туризма.

 

На поросшей лесом территории (в 2012 году лес здесь практически выпилили) площадью 30х40 м сохранились выработка, дренажная канава и отвалы пород.

 

Выработка графита представляет собой траншею длиной 23-25 м, шириной 2.5-5.5 м и глубиной 1.5-4 м (истинная глубина неизвестна), затопленную водой на глубину 1 — 2 м (?).  Координаты:  61⁰ 45.883 с.ш., 30⁰ 32.010 в.д. (северо-запад);  61⁰ 45.880 с.ш., 30⁰ 32.021 в.д. (юго-восток).

 

Выработка пройдена в подножье скальной гряды высотой до 10-15 м, и вытянута вдоль нее с северо-запада на юго-восток (300-310⁰). Северо-восточный сыпучий борт траншеи возвышается над водой на 3.5 — 4 м. В нем можно различить фрагменты линзы графитизированных, сульфидизированных и окварцованных биотитовых сланцев мощностью 2-3 м, длиной более 5 м, залегающей (270-290⁰ СВ 80⁰) в сульфидизированных песчаниках и биотит-амфиболовых сланцах нижнего протерозоя. Южный и западный борта траншеи, возвышающиеся на 1.5 м над уровнем воды, проходят по границе небольших отвалов.

 

К юго-западу от траншеи, в 20 м, в средней части узкой долины, течет ручей, впадающий в озеро Пиени Туоксъярви (Путролампи). В южной части выработки начинается дренажная канава для сброса воды в этот ручей. По мере переполнения выработки талой или дождевой водой, эта канавка начинает «работать».

 

Отвалы пород размерами (4-6)х15х(1.6-2.1) м и (3-5)х12х (1-1.5) м, состоят из небольших кусков графитизированных, сульфидизированных и окварцованных сланцев, сульфидизированных песчаников, кварца и т.п. Поверхность отвалов покрыта мхом и травой. На отвале, на самой бровке выработки, растет береза возрастом около 80 лет. На самой высокой точке отвала (примерно 2.5 м над водой в траншее) расположена  нижняя часть ствола сгнившей ели возрастом более 100 лет. Минимальный возраст отвала, как и самой выработки составляет 130-140 лет (1880-е годы). Но вероятнее всего, выработка была заброшена в 1860-х годах.

Техногенно-природный ландшафт бывшего графитового рудника «Кимамяки», включающий выработку-траншею, отвалы, прочие следы горных работ на площади 30х40 м, рекомендуется поставить на государственный учет как уникальный памятник индустриальной культуры (горного дела). Его можно показывать туристам во время экскурсий горно-исторической и геологической тематики. Уникальность объекта заключается в том, что практически на всей территории Северного Приладожья нет столь хорошо сохранившихся, масштабных и хорошо отраженных в геологической литературе исторических выработок графита.

 

К сожалению, выработка «Кимамяки» расположена в труднодоступном для туристов месте, в 1.5 км от дороги, вдали от населенных и туристических пунктов. Естественно, что посещение этой выработки ограничивается отсутствием хорошей экскурсионной тропы. Специально организованная экскурсия на графитовую ломку вряд ли будет интересна и целесообразна. Лучше всего включить эту выработку в состав историко-геологического маршрута в районе озер Туоксъярви. Этим маршрутом изредка пользуются краеведы и туристы.

1. Борисов И.В. Карандашный камень // газета “Красное Знамя” 1993 г., 4 сентября (№67) с. 3.

 

2. Борисов И.В. Научная справка: Геологическое строение, историко-культурные и природные объекты района озер Туоксъярви и Путролампи (совместно с Васильевой Т. И.), : стр., граф. прил., 1998 г., утв. н.м.с. РМСП 27. 12. 2001 г., методотдел РМСП, дело № 289.

 

3. Борисов И.В. Каменное ожерелье Ладоги. СПб., 2015, С. 88-95.